Познаем мир вместе
новые РЕЦЕПТЫ сайта

Притча «Всё в мире идёт своим путём»

Мало-Знаю спросило у Всех-Примиряющего:

— Что значат «речи кварталов и селений»?

Всех-Примиряющий ответил:

— По обычаю, в кварталах и селениях объединяются по десять фамилий и по сто имён. В них различное соединяется в одно и рассматривается как подобное. Если ты, к примеру, выделишь в лошади сто частей, самой лошади у тебя не получится. Но ведь лошадь воочию стоит перед тобой, и ты можешь вывести из сотни наименований одно общее имя: «лошадь». Так холмы и горы, набирая понемногу высоты, превращаются в заоблачные пики, а реки и озёра, набирая понемногу воды, становятся необъятной водной ширью. Великий же человек, усваивая одно за другим частные мнения, становится беспристрастным. Он остаётся господином всякому приходящему извне суждению и ни к одному из них не склоняется. Внутри него есть как бы управляющий, который не позволяет исходящему из него мнению быть пристрастным.

Четыре времени года имеют свойственную им погоду — Небо не выказывает пристрастия ни к одному из них, и годовой круг приходит к завершению. Каждое из Пяти дворцовых ведомств имеет предписанные ему обязанности, и государь ни одному из них не оказывает особых почестей, а в результате в государстве сохраняется порядок. Состояние войны или мира предполагает сопутствующие им деяния. Великий человек не благоволит ни тому, ни другому, и в результате его жизненные свойства сохраняются в целости.

Каждая вещь имеет свою истину. Путь же не имеет пристрастий и потому безымянен. Не имея имени, он не предпринимает никаких действий, и благодаря его Недеянию в мире не остаётся ничего несделанного.

Времена имеют начало и конец, века имеют свои перемены и превращения. Счастье и беда приходят сплетёнными воедино, и явление их сообразуется со всеобщим порядком. Всё в мире идёт своим путём, и то, что один считает правильным, другие считают ошибочным.

Представь себе, что видишь перед собой широкий простор, где все вещи словно сливаются в одно. Или вообрази, что смотришь на большую гору, где камни и деревья имеют общую основу. Вот что такое «речи кварталов и селений».

— В таком случае можно ли сказать, что это и есть Путь? — спросило Мало-Знаю.

— Нет, — ответил Всех-Примиряющий. — Допустим, ведя счёт всем вещам в мире, мы не останавливаемся на числе «десять тысяч», и всё же мы условно говорим: «Десять тысяч вещей». Такое число обозначает у нас бесчисленное множество. И вот Небо и Земля — это самая большая вещь в мире, силы Инь и Ян — это самые общие в мире разновидности жизненной силы, а Путь объемлет их беспристрастно. Если мы воспользуемся этим словом для того, чтобы обозначить наибольшее в мире, это позволительно. Но, раз приняв такое название, можем ли мы уподобить его чему-нибудь? Если мы будем делить его на всё более мелкие части, то сделаем из него только ещё один пример «собаки» или «лошади» и ещё дальше отойдём от истины.

— Где же среди четырёх сторон и шести полюсов света располагается то, из чего рождаются все вещи?

— Инь и Ян всё освещают, всё охватывают и направляют; четыре времени года сменяют друг друга, всему давая жизнь и всё убивая. А вслед за ними являются людские пристрастия и отвращения, любовь и ненависть. Вот тогда посредством соития самца и самки продлевается жизнь.

Покой и опасность друг друга сменяют.

Несчастье и счастье друг друга рождают.

Неспешность и спешность все держат друг друга.

И все живёт собиранием и распадом.

Таковы вещи, чьи имена и сущность можно определить, чьи самые утончённые свойства можно вообразить.

Идя друг за другом, они обретают свой принцип.

Вращаясь по кругу, они порождают друг друга.

Достигнув предела — вернутся обратно.

Придут к концу — и начинают сначала.

Таков порядок, которым обладают вещи, о котором можно сказать словами и который можно уловить знанием. Он пронизывает мир вещей — и только. Тот, кто обрёл Путь, не стремится разыскать его конец или найти его начало. Здесь лежит предел всякому обсуждению.

— Среди двух школ Цзи Чжэнь учил, что «ничто не действует», а Цзе-цзы утверждал, что «нечто свершает». Какое из этих суждений истинно, а какое неполно?

— Все люди знают, как кричит петух или лает собака, — ответил Всех-Примиряющий. — Но сколь бы ни были обширны их знания, они не могут словами определить то, откуда выходят эти звуки, и постигнуть мыслью то, во что они превращаются. Если устанавливать в понятии всё более тонкие различия, вы придёте к чему-то слишком утончённому для того, чтобы иметь для него меру, или к чему-то слишком великому, чтобы иметь нечто помимо него. С понятиями «ничто не действует» и «нечто свершает» мы всё ещё остаёмся в мире вещей, но сами полагаем, что уже превзошли его.

«Нечто свершает» — это сущее.

«Ничто не действует» — это пустое.

То, что имеет «имя» и «сущность», пребывает среди вещей. То, что не имеет ни «имени», ни «сущности», пребывает в пустоте между вещами. То, о чём можно сказать или помыслить, уводит нас всё дальше в сторону. О том, что было прежде рождения, мы знать не можем. О том, что будет после гибели, мы судить не в силах. Жизнь и смерть недалеки от нас, но смысл их невозможно постичь.

«Нечто свершает», «ничто не действует» — это условные обозначения, к которым мы прибегаем, когда пребываем в сомнении. Вглядимся в исток их: он уходит вдаль без конца. Устремимся к концу их: поиску не будет предела. О том, что не имеет конца и предела, нельзя ничего сказать, однако это существует вместе с вещами. «Ничто не действует» и «нечто свершает» — это условие всякого высказывания, оно начинается и кончается вместе с вещами.

Путь не есть нечто сущее, а то, что есть воистину, не может не быть. «Путь» как обозначение указывает на то, благодаря чему мы можем идти. «Нечто свершает» и «ничто не действует» — это только две стороны вещей, как могут они быть Великим Простором? Если в речи есть смысл, тогда, что бы ты ни говорил, всё будет относиться к Пути. Если же в речи нет смысла, то, сколько ни скажешь, всё будет касаться только вещей. Предел же Пути и вещей не высказать ни словом, ни молчанием.

Где нет уже ни слова, ни молчания,

Там все суждения исчерпывают себя.

Чтобы оставлять комментарии, используя стандартную форму, необходимо войти или зарегистрироваться.
Так же вы можете оставить комментарий используя форму "Вконтакте"
Закрыть комментарии
Похожие статьи
Хуэй Ши спросил у Чжуан-цзы: — Верно ли, что люди изначально не имеют человеческих наклонностей? — Да, это так, — ответил Чжуан-цзы. — Но, если человек лишён человеческих наклонностей, как можно назвать его человеком? — вновь спросил Хуэй Ши.
Просмотры: 877
Цзы-Чжан спросил человека по прозвищу Довольствующийся Малым: — Почему вы не печётесь о благонравном поведении? Если вы будете вести себя так, к вам не будет доверия, а если к вам не будет доверия, вам не доверят должность.
Просмотры: 725
Цзы-Ци из Южного предместья сидел, опершись локтем о столик, и дышал, обратив лицо к небу. Яньчэн-цзы вошёл и, увидев это, сказал: — Учитель, вы не имеете себе равных! Может ли тело стать подобным высохшему дереву, а сердце уподобиться мёртвой золе?
Просмотры: 791
Еще статьи
Другие категории раздела «Притчи и мудрые рассказы»
Самые популярные статьи категории «Притчи и мудрые рассказы»
Звонок К Господу! Алло, здравствуйте! Могу я поговорить с Богом? — Соединяю!— Здравствуй, Душа моя! Внимательно слушаю тебя! — Господи, прошу Тебя, исполни мои желания! — Конечно, всё, что угодно! Но сначала, соединю тебя с отделом исполненных желаний...
Просмотры: 6260
Вопрос о том, кого больше любят родители, волнует каждого ребенка. Как можно объяснить ребенку, что родительской любви хватит на всех? Что переживаешь за каждого, как за единственного, независимо от того, сколько у тебя детей?
Просмотры: 4445
Стояли на обочине два человека и о чем-то беседовали. Проходил мимо них пьяница и сказал сам себе: — Наверное, они сейчас договариваются вместе пойти в погребок, чтобы выпить вина. И пьяница, забыв обо всех своих делах, поспешил в трактир.
Просмотры: 3894
Еще статьи
новые СТАТЬИ сайта